Андрей Орлов (aorlov) wrote,
Андрей Орлов
aorlov

Categories:

Предания о двух владычествах на небесах в ранних иудейских источниках. Часть Четвертая



Житие Адама и Евы
Важным псевдоэпиграфическим источником, имеющим отношение к нашему исследованию преданий о двух владычествах, служит рассказ о возвышении Адама и о поклонении ему ангелов, содержащийся в армянской, грузинской и латинской версиях Жития Адама и Евы.[1] Несмотря на тот факт, что конечные версии этих книг были созданы более поздними христианскими авторами, в этих христианских сочинениях, вне всякого сомнения, обнаруживаются ранние адамические предания. В ходе нашего дальнейшего исследования будет предпринята попытка показать, что мотив ангельского почитания первого человека был хорошо знаком некоторым авторам иудейских сочинений периода Второго Храма, в том числе и Второй книги Еноха.[2]
В главе 13-ой армянской, грузинской и латинской версий Жития Адама и Евы содержится описание сотворения первого человека. В грузинской и латинской версиях обнаруживается интересная деталь, служащая дополнением к рассказу о сотворении первого человека из Книги Бытия, и имеющая отношение к мотиву лица Адама.[3] В то время как в тексте Быт. 2:7 нет упоминания о лице или паним Адама, в версии этого рассказа, содержащейся в Септуагинте, сообщается, что Бог вдохнул дыхание жизни в лицо Адама.[4] В 13-ой главе латинской версии Жития Адама и Евы мотив лица появляется вновь, на этот раз в контексте иного предания о том, что лицо первого человека было сотворено по образу Божьему: «когда Бог вдохнул в тебя дыхание жизни, а твое лицо (vultus) и подобие были сотворены по образу Божьему».[5] Автор этого текста, по-видимому, устанавливает концептуальную связь между лицом (паним) первого человека и понятием образа (целем), и как мы позже увидим подобная связь будет играть первостепенную роль в дальнейших преданиях о двух владычествах.
Мотив лица (паним) второго владычества, различимый уже в самых ранних иудейских рассказах о двойных богоявлениях, подобных седьмой главе Книги пророка Даниила, будет играть заметную роль в более поздних сочинениях о Метатроне, в которых это особое второе владычество будет восприниматься как гипостазированное Лицо Божье. Идентификация второго владычества с концепцией лица (паним) получит продолжение и развитие в более поздних текстах: этот мотив обнаруживается во Второй книге Еноха, где говорится, что Адам был сотворен в соответствии с лицом Бога, а также в рассказах о небесном образе Иакова.
Согласно авторам Жития Адама и Евы, после сотворения первого человека архангел Михаил привел его пред Божье Присутствие и повелел ему поклониться Богу.[6] Мотив поклонения Адама Богу неявным образом служит указанием на тот факт, что Бог, возможно, подразумевался в этом рассказе как обладающий видимым антропоморфным образом. В целом же изображение первого владычества в этом рассказе передается посредством некоторых неясных намеков, в число которых, помимо мотива поклонения первого человека Богу, входит также обращение к нему Бога после совершения ритуального поклонения. В этом обращении, в том виде, как оно сохранилось в латинском Житии, Бог сообщает Адаму, что его тело сотворено по подобию божественной Формы: «Вот, Адам, я сотворил тебя по нашему образу и подобию».[7] В грузинской версии слова Бога обращены не к Первочеловеку, а к архангелу Михаилу: «И Бог сказал Михаилу: “Я сотворил Адама в соответствии с (моим) образом и моей божественной сущностью».[8]
Стремление авторов Жития избегать описания Бога через визуальные символы, и предпочтение в выражении его посредством обращений и изречений, служит указанием на акустические или аудиальные тенденции повествования, в контексте которого богоявление неуклонно перемещается в аудиальное невидимое измерение. Тенденция к представлению Вседержителя невидимым подтверждается также функционированием Адама в качестве своего рода «иконы» Бога, используемой отныне ангелами для их поклонения Предвечному. Из текста Жития мы узнаем что после творения Адама всем ангелам было дано повеление поклониться этой человеческой «иконе».[9] Существенным отличительным признаком рассказа служит тот факт, что Михаил, призвавший всех небесных обитателей совершить акт поклонения, повелевает им не просто почтить Адама, а поклониться образу и подобию Бога. В грузинской версии его повеление принимает следующую форму: «Поклонитесь подобию и образу Бога».[10] В латинской версии обнаруживается похожее обращение: «Почитайте образ Господа Бога, как повелел Господь Бог».[11] В армянской же версии имя Адама отсутствует, а вместо этого только что сотворенное «второе владычество» представлено как божественная сущность: «Тогда Михаил призвал всех ангелов, и Бог сказал им: “Давайте, поклонитесь богу, которого Я сотворил”».[12]
Из Жития мы далее узнаем, что повеление Михаила почтить новоявленную «икону» Бога вызывает различные реакции в ангельском сообществе. Некоторые ангелы последовали приказу архангела, в то время как другие, в том числе и Сатана, отказались ему подчиниться. В латинской версии мотив приказа поклониться образу Бога повторяется вновь, когда Михаил лично призывает Сатану «поклониться образу Бога Иеговы».[13] В отличие от повеления Михаила, в котором отсутствует упоминание имени Адама, а вместо этого первый человек обозначается как «образ Божий», в отказе Сатаны присутствует особое упоминание имени Адама, которого он воспринимает не как «икону», а как существо, сотворенное позднее его и, следовательно, по рангу младше его.[14] В отказе Сатаны почитать Адама мы встречаем важную тему ангельского «противостояния» второму владычеству. И тем не менее, в контексте комплиментарной модели двух владычеств разворачивающейся в Житии Адама и Евы, этот мотив противостояния не служит, как в более поздних раввинистических источниках, цели низвержения Божьего посредника, воспринимаемого здесь как образ Бога. Напротив, этот мотив служит для утверждения его уникального статуса как «второго владычества».   
В этом отношении не было бы преувеличением предположить, что мотив ангельского поклонения выступает как неотъемлемая часть в формировании уникальной высшей идентичности Адама, очевидно выявляя процесс парадоксального обожествления первого человека.[15] Благодаря этому ангельскому поклонению главный герой в человеческом облике возвышается в область его новой, сверх-ангельской, онтологии, превращаясь в «икону» или «лицо» Бога; и этот его статус утверждается в Житии как посредством ангельского почитания, так и посредством изначального поклонения Богу со стороны самого Адама. В данном случае, как и в других рассказах о двух владычествах, идентичность второго владычества устанавливается с помощью концепции Божьего Образа. Далее мы рассмотрим похожие пути развития этой концепции в преданиях о Енохе и Иакове, в которых возвышение этих патриархов также осуществлялось с помощью концепции Божьего Образа. Такой же способ посвящения в божественные тайны проявится и в ранних христологических учениях, в которых Иисус будет пониматься как «Образ Бога невидимого».
Как упоминалось ранее, исследователи преданий о двух владычествах уже отмечали, что, в то время как в одних рассказах два владычества дополняют друг друга, в других повествованиях они противостоят друг другу. Сигал, к примеру, подчеркивал, что в более ранних рассказах владычества обычно гармонично дополняют друг друга, в то время как в более поздних рассказы они полемически противостоят друг другу. Иллюстрацией такого рода смены парадигмы может служить наблюдение за эволюцией вышеупомянутого рассказа о возвышении Адама и почитания его ангелами. В то время как в псевдоэпиграфических рассказах Бог способствует возвышению и почитанию первого человека, в более поздних раввинистических текстах он не позволяет небесным обитателям проявлять такого рода почитание.[16]
Важным фактом является также то, что в Житии Адама и Евы повествование о возвышении Адама и ангельском поклонении излагается устами антагонистического персонажа – Сатаны. Именно он сообщает Адаму о его собственном низвержении из-за отказа почитать только что сотворенный образ Бога. Так, например, в главе 12-ой латинской версии Жития враг рода человеческого восклицает, что он был изгнан и отлучен от своей славы, которой он обладал на небесах среди ангелов.[17] Следует отметить, что как в латинской, так и в армянской версиях прежнее место пребывания Сатаны обозначается как «обитель света», где он был наделен своей «славой».[18] В главе 13-ой латинской и грузинской версий его низвержение представлено как изгнание от лица Бога.[19] В Житии Сатана также, по-видимому, ассоциируется с атрибутом Божьего Престола. Так, в тексте 12-ой главы армянской версии Жизни Адама и Евы он утверждает следующее: «я был отчужден от престола с херувимами, которые обычно охраняли меня как под распростертым покровом». Мотив изначального наделения антагониста атрибутами Славы и Божьего Престола возможно предполагает, что прежде, до сотворения Адама, он был фаворитом Бога и что его самого в данном случае можно воспринимать как поверженное «второе владычество». Христианские предания, нашедшие свое отражение в рассказах об искушении Иисуса в пустыне в синоптических Евангелиях, могут служить указанием на подобное же взаимодействие между прежним, поверженным вторым владычеством в виде Сатаны, и новым обладателем этого статуса, которым в евангелиях наделяется Иисус. К более подробному рассмотрению такого рода преданий мы вернемся немного позднее.
А пока достаточно сказать, что текст Жития Адама и Евы служит свидетельством уникального процесса ротации «вторых владычеств», когда прежний наместник низвергается и заменяется на нового Божьего фаворита. Несмотря на тот факт, что в комплиментарной модели двух владычеств находящей свое отражение в Житии Адама и Евы именно Сатана противостоит поклонению Образу Божьему, в более поздних антагонистических версиях рассказов о двух владычествах, этой функцией противостояния нередко наделяется сам Бог. В такого рода полемических рассказах именно Бог не одобряет почитание только что сотворенного им первого человека и показывает ангельским сонмам, что его любимое творение не заслуживает того почтения, которое должно быть даруемо только их единому Творцу. Такое развитие рассматриваемой концепции однако показывает что происхождение двух мотивов, а именно, ангельского поклонения и ангельского отвержения, вытекает уже из ранних иудейских текстах, служивших основой для создания представлений о возвышении и низвержении второго владычества в раввинистической литературе.




             [1] Все версии Жития Адама и Евы и их переводы на английский язык опубликованы в: G. Anderson and M. Stone, A Synopsis of the Books of Adam and Eve. Second Revised Edition (EJL, 17; Atlanta: Scholars, 1999).
             [2] Криспин Флетчер-Луи в своем недавно опубликованном исследовании возвращается к рассмотрению некоторых ранних свидетельств мотива ангельского поклонения Адаму, высказывая мнение о его возможном происхождении из религиозных представлений, сложившихся в период Второго Храма. См. на этот предмет C. Fletcher-Louis, Jesus Monotheism, vol. 1, Christological Origins: The Emerging Consensus and Beyond (Eugene, OR: Cascade Books, 2015) 262-263.
             [3] Anderson and Stone, A Synopsis of the Books of Adam and Eve, 16E.
             [4] В версии Септуагинты текста Быт. 2:7 говорится: «И Бог сотворил человека, прах из земли, и вдохнул в его лицо (εἰς τὸ πρόσωπον αὐτοῦ) дыхание жизни, и человек стал живым существом».
             [5] Anderson and Stone, A Synopsis of the Books of Adam and Eve, 16-16E.
[6] В латинской версии Жития Адама и Евы 13:2 говорится: «Когда Бог вдохнул в тебя дыхание жизни, и твое лицо и подобие были сотворены по образу Божьему, Михаил повел тебя для поклонения Богу». В армянской версии Жития Адама и Евы 13:2 говорится: «Когда Бог вдохнул в тебя этот дух, ты получил подобие Его образа. Затем пришел Михаил и приказал тебе поклониться Богу». Anderson and Stone, A Synopsis of the Books of Adam and Eve, 16E.
             [7] Anderson and Stone, A Synopsis of the Books of Adam and Eve, 16E.
             [8] Anderson and Stone, A Synopsis of the Books of Adam and Eve, 16E.
[9] В латинской версии Жития Адама и Евы 13:2-14:1 говорится: «Господь Бог затем сказал: “Вот, Адам, я сотворил тебя по нашему образу и подобию.” Когда он вышел, Михаил созвал всех ангелов, говоря: “Почитайте образ Господа Бога в точности так же, как Господь Бог заповедал вам.”» В армянской версии Жития Адама и Евы 13:2-14:1 говорится: «Бог сказал Михаилу: “Вот, я сотворил Адама по подобию моего образа.” Затем Михаил созвал всех ангелов, и Бог сказал им: “Давайте, поклонитесь богу, которого я создал.”» Anderson and Stone, A Synopsis of the Books of Adam and Eve, 16E.
             [10] Anderson and Stone, A Synopsis of the Books of Adam and Eve, 16E.
             [11] Anderson and Stone, A Synopsis of the Books of Adam and Eve, 16E.
             [12] Anderson and Stone, A Synopsis of the Books of Adam and Eve, 16E.
             [13] “adora imaginem dei Jehova.” Anderson and Stone, A Synopsis of the Books of Adam and Eve, 16-16E. См. также латинскую версию Жития Адама и Евы 15:2: «Поклонитесь образу Бога. Если вы не поклонитесь, Господь Бог рассердится на вас». Anderson and Stone, A Synopsis of the Books of Adam and Eve, 17E.
[14] В латинской версии Жития Адама и Евы 14:2-15:1 говорится: «Михаил сам первым поклонился, а затем он позвал меня и сказал: “Поклонись образу Бога Иеговы.” Я ответил: “Нет во мне намерения поклоняться Адаму.” Когда Михаил стал понуждать меня к его почитанию, я сказал ему: “Почему ты понуждаешь меня? Я не буду поклоняться тому, кто ниже меня и появился позже меня. Я выше этого создания. Прежде чем он был сотворен, я уже был создан. Он должен поклоняться мне.” Услышав это, другие ангелы, которые были у меня в подчинении, отказались поклоняться ему». В армянской версии Жития Адама и Евы 14:2-15:1 говорится: «Михаил поклонился первым. Он позвал меня и сказал: “Ты также поклонись Адаму.” Я сказал: “Уходи, Михаил! Я не буду поклоняться тому, кто был создан после меня, ибо я был создан раньше. Почему я должен поклоняться ему?” Другие ангелы, которые были со мной, услышали это, и мои слова показались им приятными, и они не распростерлись пред тобой, Адам». Anderson and Stone, A Synopsis of the Books of Adam and Eve, 16E-17E.
[15] Так, мотив обожествления Адама особенно явно выражен в армянской версии Жития Адама и Евы 14:1: «Тогда Михаил созвал всех ангелов, и Бог сказал им: “Давайте, поклонитесь богу, которого я сотворил”». Anderson and Stone, A Synopsis of the Books of Adam and Eve, 16E.
             [16] Размышляя над подобного рода раввинистическими изложениями историй об ангельском поклонении, Гэри Андерсон отмечает, что «раввины были знакомы с этим мотивом и приняли активное участие в его опровержении. Примеры подобного рода усилий по опровержению данной идеи можно обнаружить в различных раввинистических рассказах, в которых авторы высказываются против любого способа выражения почитания Адама. Особенно наглядный пример такого полемического отношения можно найти в тексте Берешит Рабба 8:10, содержащем рассказ о том, как ангелы по ошибке приняли Адама за Бога и почти были готовы воскликнуть перед ним “Свят.” Бог предотвратил эту их ошибку, послав глубокий сон на Адама, так что его смертная природа стала для всех очевидной. Затем рабби Хошайя сравнивает этот пример с притчей, в которой царь и его управляющий выехали вместе на колеснице. Подданные царя хотели приветствовать царя, используя слово Dominus (Господин), однако царь, встревожившись, как бы его подданные не приняли за него его управляющего, быстро столкнул этого управляющего с колесницы. Таким образом, у народа не осталось сомнений относительно того факта, кого следовало провозгласить господином». G. Anderson, “The Exaltation of Adam and the Fall of Satan,” in: Literature on Adam and Eve. Collected Essays (ed. G. Anderson, M. Stone, J. Tromp; SVTP, 15; Brill: Leiden, 2000) 92.
             [17]Anderson and Stone, Synopsis, 15-15E.
             [18] Anderson and Stone, Synopsis, 18E.
             [19] См. латинскую версию Жития Адама и Евы 13:2: “ego proiectus sum a facie dei....” Anderson and Stone, Synopsis, 16.
Subscribe

  • Объятый Левиафаном (часть вторая)

    Левиафан охватывающий храм творения Как мы отмечали в начале этого исследования, ученые уже обращали внимание на особый параллелизм, при…

  • Объятый Левиафаном (часть первая)

    Объятый Левиафаном: Пояс первосвященника как космологический символ [1] Сказал рабби Симеон: «Истинно, хотя члены Братства -…

  • Искупление Драконом (часть вторая)

    Мотив изгнания антагониста Нам следует начать с изучения процессии эсхатологического козла отпущения. Как упоминалось выше, в 10-ой главе…

  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for friends only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments