Несколько последних постов в этом журнале были посвящены демонологии. Продолжая эту небезопасную для читателей и автора тему хочу предложить на суд аудитории мою новую статью (к сожалению без ссылок) выходящую в фестшрифте одного профессора Иерусалимского Университета - сборнике редактируемом мною и Дафной Арбел, который скоро будет опубликован в немецком издательстве De Gryeter.
 
Статья посвящена загадочной традиции из Славянского Откровения Авраама в которой говорится о том что великий противник Бога способен создать свой план и даже место своего возвышения - свой престол по образу и подобию Божиему....
 

  Andrei A. Orlov
Marquette University

“The Likeness of Heaven”:
Kavod of Azazel in the Apocalypse of Abraham

Introduction

The chapter 14 of the Apocalypse of Abraham, a Jewish pseudepigraphon written in the first centuries of the Common Era, unveils an enigmatic tradition about the unusual power given to the main negative hero of the story – the fallen angel Azazel.  In the text, Abraham’s celestial guide, angel Yahoel, warns his human apprentice, the hero of the faith, that God endowed his chief eschatological opponent – Azazel with the special will and the “heaviness” against those who answer him.

Title: Symbola Caelestis
Subtitle: Le symbolisme liturgique et paraliturgique dans le monde chrétien
Series: Scrinium: Revue de patrologie, d’hagiographie critique et d’histoire ecclésiastique 5
Availability: In Press
Publisher: Gorgias Press

--------------------------------------------------------------------------------
 
Edited by Andrei Orlov 
Edited by Basil Lourié
ISBN: 978-1-60724-665-7
Availability: In_Press
Language: English
Format: Hardback, Black, 6 x 9 in
Price:  $142.16

 The volume deals with the liturgical dimension of mystical, ascetical, and hymnographic texts and traditions circulated in Christian environment including different liturgical texts of the Coptic and the Byzantine rite, especially in its Slavonic and Georgian versions.

The volume also explores the Jewish background of some Christian liturgical settings and the afterlife of the Jewish priestly and liturgical traditions in the Christian milieu. The collection includes the critical edition of the early Slavonic version of the liturgy of the Presanctified Gifts accompanied by the historical study of this service.

http://gorgiaspress.com/bookshop/p-57029-orlov-andrei-and-basil-louri-symbola-caelestis.aspx
 

В Первой Книге Еноха описывается приговор Бога в отношении падшего ангела Асаэла (Азазела). Господь приказывает архангелу Рафаилу положить Азазела во мрак - покрыть демона мраком и "закрыть ему лицо" чтобы он "не смотрел на свет":  

И сказал опять Господь Рафаилу: "Свяжи Азазела по рукам и ногам и положи его во мрак; сделай отверстие в пустыне, которая находится в Дудаеле, и опусти его туда. И положи на него грубый и острый камень, и покрой его мраком, чтобы он оставался там навсегда, и закрой ему лицо, чтобы он не смотрел на свет!


Меня всегда интересовала эта традиция положения великого демона во мрак. Означает ли эта традиция здесь тривиальное удаление от Божественного присутствия и Света исходящего от Божественного Лика? либо это создание своего рода апофатического полюса Божественного отсутствия симметричного полюсу Божественного присутствия? В чем космологический смысл присутствия Азазела во тьме?

И в сязи с этим ещё один вопрос теперь относительно традиции камня возложенного на Азазела.
Может быть традиция положения камня на Азазела здесь связана не только с ритуалом Дня Искупления (когда на Козла бросали камни) - но также и с актом первоначального установления Камня Основания в хаосе и бездне, камня на котором затем строится всё творение. 

 

Re-enactment of the Yom Kippur Festival in the Apocalypse of Abraham:  The Scapegoat Ritual

The High Priest and Azazel

Like in the Enochic tradition where the profiles of both protagonists  and antagonists  often reveal their cultic affiliations, in the Slavonic apocalypse too both Azazel and Abraham are envisioned as priestly figures. As has already been mentioned, this sacerdotal vision permeates the fabric of the entire pseudepigraphon, in which all main characters are endowed with cultic roles. The most spectacular cultic attributes are, of course, given to Yahoel, who is presented in the text as the heavenly high priest and the celestial choir-master.

Mosaic Background of Abraham’s Priestly Initiations and the Day of Atonement

Chapters 9-12 describe the beginning of Abraham’s priestly initiation, during which Yahoel teaches the young hero of the faith how to prepare sacrifices in order to enter the presence of the Deity. Scholars have previously observed that some details of this initiation recall the story of another remarkable visionary of the Jewish tradition – the son of Amram, the seer who was privileged to receive a very special revelation on Mount Sinai.

В Пятом Скриниуме будет опубликована моя новая большая статья (примерно 37 страниц) об эсхатологической реинтерпретации ритуала Козла Отпущения в Славянском Откровении Авраама. Выношу здесь впервые на суд читателей небольшой отрывок из этой статьи. К сожалению без footnotes (все цитаты из Откровения Авраама даны в переводе Александра Кулика).



From a Sacrificial Animal to a Fallen Angel

... One of the challenges in arguing for a Yom Kippur setting in the Apocalypse of Abraham lies in the fact that the accounts of Abraham’s sacrificial practices lack any explicit reference to the two goats of biblical and rabbinic traditions. These emblematic sacrificial animals played a distinctive role in the Yom Kippur rite, wherein one goat was sacrificed to God and the other was released into the wilderness for Azazel.
Yet in the Apocalypse of Abraham, a writing which exhibits a great deal of influence from the Enochic tradition, allusions to the Yom Kippur ritual seem to be affected also by Enochic re-interpretation of the scapegoat imagery and especially the enhanced symbolism of its chief antagonist, the scapegoat Azazel, envisioned now not as a sacrificial animal but as a demoted celestial being. 

Scrinium 5: Symbola Caelestis. Le symbolisme liturgique et paraliturgique dans le monde Chrétien (eds. B. Lourié and A. Orlov; Piscataway: Gorgias Press, 2009)

Préface

ÉDITION CRITIQUE
Andrei S. Slutskij (St Petersburg). Early Slavonic Versions of the Liturgy of the Presanctified Gifts

ARTICLES
Andrei A. Orlov. (Milwaukee, WI) Eschatological Yom Kippur in the Apocalypse of Abraham
Silviu N. Bunta. (Dayton, OH) “Your Own of Your Own”: Jewish Adam Speculations and Christian Liturgy in the Slavonic and Romanian Life of Adam and Eve
Bogdan G. Bucur, (Pittsburgh, PA) "The Mountain of the Lord": Sinai, Zion, and Eden in Byzantine Hymnographic Exegesis 
Fr. Jack Custer. (Pittsburgh, PA) Inspired Word and Spiritual Worship: How Byzantine Hymnography Interprets Sacred Scripture
Stéphane Verhelst. (Jérusalem) Les prières de l’ambon de la Liturgie de saint Jacques
Dmitry F. Bumazhnov. (Tübingen) Das Charisma in der christlichen Gnosis und im frühen ägyptischen Mönchtum
Dragos Giulea. (Milwaukee, WI) The Heavenly Fire Working the Earth of the Heart: Origen, Antony, Pseudo-Macarius, and the Internalization of the Image of Divine Fire
Nestor Kavvadas. (Tübingen) Theology of Language and Liturgical Prayer in Isaac of Nineveh
Leena Mari Peltomaa. (Vienna) Role of the Virgin Mary at the Siege Of Constantinople in 626
Tatiana Borisova. (Athens) To the Problem of the Reconstruction of the Early Stages of the History of the Church Slavonic Translation of the Akathistos  Hymn
Tatiana A. Sénina (moniale Kassia). (St Pétersbourg) Remarques sur le canon des défunts écrit par S. Cassia de Constantinople
Youhanna Nessim Youssef (Virginia, Australia) The psalis for the consecration of the church (revisited)
Sung-Hyun Nam (Séoul), L’Usage du Terme « notre père dans la littérature pachômienne

NOTES
Constanta Costea. (Bucharest) Earlier Versions of Patriarch Germanus’ Homily On the Cross and the Icons
Basil Lourié. (St Petersburg) Courts of Solomon, A Jewish Collection
Basil Lourié. (St Petersburg) Slavonic Texts Of Hard Fate: The Prophecy of Solomon and Some Others
Tatiana A. Senina (moniale Kassia). (СПб) Un saint fouette un autre : Théoktistos le logothète et Euthyme de Sardes
Youhanna Nessim Youssef. (Virginia, Australia) Two notes on the Coptic Theotokias
V.A. Livshits, Sogdian “Ancient Letters” (II, IV, V).

DISCUSSION
Татьяна Л. Вилкул. (Киев) По поводу рецензии П. В. Лукина «Деконструкция деконструкции»
Павел В. Лукин. (Москва) Нужно ли нам «новаторство»? (Об ответе Т.Л. Вилкул)

BIBLIOGRAPHIE
Michel Stavrou, Nicéphore Blemmydès, Œuvres théologiques. Introduction, texte critique, traduction et notes. Tome I (Basile Lourié)
Tedros Abreha, Il Gädl di Abuna Demyanos santo eritreo (Alessandro Bausi)
Nouvelles publications de l'Institut de la littérature russe (Maison de Pouchkine) sur la littérature ancienne de la Russie (Basile Lourié)
Bibliographie du R. P. Michel van Esbroeck, s.j. Addenda.

Сегодня получил известие о смерти Артура Медведева. Всего несколько недель тому назад мы встречались в Москве и делились планами - он рассказывал мне о своём новом проекте "Камень Веры" и о будущих планах в отношении "Волшебной Горы." Я пообещал ему дать две новые статьи для "Горы". Всё ещё помню его голос и его улыбку. Много смеялись. И вот его уже нет.
Он был удивительно смелой и свободной личностью обладающей редкой мистической интуицией. Будучи глубоко верующим православным человеком, он не боялся учиться у других великих духовных традиций. 
Я уже писал раньше о его важном вИдении которое отразилось в проекте "Волшебная Гора"
http://aorlov.livejournal.com/47168.html
Этот журнал несомненно оставит свой неповторимый след в интеллектуальной и духовной истории России. Ведь в его томах Артур всегда стремился собрать самое важное, глубокое и бессмертное ...



Предчувствиям не верю, и примет
Я не боюсь. Ни клеветы, ни яда
Я не бегу. На свете смерти нет...

... Ни тьмы, ни смерти нет на этом свете.
Мы все уже на берегу морском,
И я из тех, кто выбирает сети,
Когда идет бессмертье косяком...

Арсений Тарковский



 

http://www.gorgiaspress.com/bookshop/p-56667-orlov-andrei-divine-manifestations-in-the-slavonic-pseudepigrapha.aspx


Title: Divine Manifestations in the Slavonic Pseudepigrapha
Series: Orientalia Judaica Christiana 2
Availability: In Print
Publisher: Gorgias Press

--------------------------------------------------------------------------------
 
By Andrei Orlov
ISBN: 978-1-60724-407-3
Availability: In_Print
Publication Date: 7/2009
Language: English
Format: Hardback, Black, 6 x 9 in
Pages: 315
Price: $110.00
 

This volume explores the formative theophanic patterns found in such pseudepigraphical writings as 2 Enoch, Apocalypse of Abraham, and the Ladder of Jacob where the visual tradition of the divine Form and the aural tradition of the divine Name undergo their creative conflation and thus provide the rich conceptual soil for the subsequent elaborations prominent in later patristic and rabbinic developments. The visionary and aural traditions found in the Slavonic pseudepigrapha are especially important for understanding the evolution of the theophanic trends inside the eastern Christian environment where these Jewish apocalyptic materials were copied and transmitted for centuries by generations of monks.

Introduction to the volume:
http://aorlov.livejournal.com/85779.html

 


http://gorgiaspress.com/bookshop/pc-56302-126-louri-basil-and-andrei-orlov-the-theophaneia-school.aspx

Title: The Theophaneia School
Subtitle: Jewish Roots of Eastern Christian Mysticism
Series: Scrinium: Revue de patrologie, d’hagiographie critique et d’histoire ecclésiastique 3
Availability: In Print
Publisher: Gorgias Press

--------------------------------------------------------------------------------
 
Edited by Basil Lourié and Andrei Orlov
ISBN: 978-1-60724-083-9
Availability: In_Print
Publication Date: 4/2009
From the 2007 edition
Language: Russian & English
Format: Hardback, Black, 6 x 9 in
Pages: 537
Price: $144.00
 

Scrinium. Revue de patrologie, d’hagiographie critique et d’histoire ecclésiastique, established in 2005, is an international multilingual scholarly periodical devoted to patristics, critical hagiography, and Church history. Its scope is the ancient and medieval Christian Church worldwide, but primarily Eastern/Oriental Christianity and Christian Origins. It is published annually, in both printed and electronic forms, ranging from 400 to 550 pages per volume. Each volume is focused on a specific subject (covering not less than 60% of the whole volume) that is announced in the individual title of each volume. Two supplement series (established in 2008) contain monographs and edited volumes on medieval Christianity (in the series “Scripta ecclesiastica”) and Christian Origins, Second Temple and non-Rabbinical Judaism, including the afterlife of the Second Temple Jewish traditions in Christianity (in the series “Orientalia Judaica Christiana”). This volume is dedicated to Jewish Second Temple and early Christian mysticism.

Профессор James Davila (University of St. Andrews, Scotland) в своём блоге PaleoJudaica предлагает следующий отчёт о только что завершившемся Семинаре Еноха в Неаполе:

2 ENOCH: ALL YOUR BASE ARE BELONG TO US*

The fifth Enoch Seminar** in Naples last week was a great success; not because we now understand the book of 2 Enoch -- we don't, but because we understand much better why we don't understand it and what sorts of questions we need to ask to make any progress. I have many pages of minute notes from the numerous sessions, but rather than taking days or weeks to try to digest and summarize them, I will, without further delay, boil down what seem to me to be some of the main points that have come out of this Seminar. The attributions of positions to specific people are my effort to give credit where credit is due. If I have misunderstood anything anyone has said, apologies in advance and I will be happy to make corrections.
 

Моя статья для Семинара Еноха в Неаполе посвящённая священическим традициям патриарха Ноя во Втором Енохе.
 

 

Предисловие к новому сборнику моих статей выходящему в Горгиас Пресс в серии Orientalia Judaica Christiana (главный редактор серии о. Григорий Лурье)

… Then the old man stood up and stretched his hands towards heaven. His fingers became like ten lamps of fire and he said to him, “If you will, you can become all flame.”
    Apophthegmata Patrum, Joseph of Panephysis, 7. 

Abba Bessarion, at the point of death, said, “The monk ought to be as the Cherubim and the Seraphim: all eye."
   Apophthegmata Patrum, Bessarion, 11.

The Kavod and Shem Paradigms and Divine Manifestations in the Slavonic Pseudepigrapha

 Silvanus and Anthony

In the collections of the sayings of early desert Fathers known as the Apophthegmata Patrum, one encounters a series of short narratives about distinguished monastics that have inspired and encouraged many Christian ascetics throughout history. These fragmentary stories from the earliest monks’s lives, which sometimes take the form of folk-anecdotes, often strike readers with their unpretentious simplicity. Behind unassuming, almost primitive narrations in these collections, however, lurks a panoply of complex esoteric practices and traditions carefully transmitted and cultivated by generations of adepts.

Равви Акива сказал: Нас было четверо кто бросили взгляд в в Небесный Сад: Один взглянул на это и умер, один взглянул на это и сошёл с ума, один взглянул на это и покинул свою традицию. Но я взглянул на это и и обрёл мир.... И вот те кто вошли в Небесный Сад: Бен Азай, и Бен 3ома, Ахер и рабби Акива. Сказал им рабби Акива: "Когда вы приблизитесь к камням прозрачного мрамора (из которых сделан высший из небесных дворцов и который выглядит как вода), не говорите: "вода, вода", ибо сказано: "говорящий ложное не устоит перед глазами Моими» (Псалмы - 101:7). Бен Азай вошёл в Небесный Сад и взглянул на сияние мраморных камней (небесного дворца) и его тело не могло вынести этого и он открыл свои уста и признёс: «Эти воды – какова их природа» - и умер;

Бен 3ома вошёл в Небесный Сад и взглянул на сияние мраморных камней (небесного дворца) и помыслил что это воды – но его ум не выдержал этого – и он сошёл с ума; Ахер вошёл в Небесный Сад и взглянул и увидел то что заставило его покинуть свою традицию – он увидел великого ангела Метатрона которому было дозволено воссесть на небесном престоле (рядом с Богом) – увидев это он воскликнул – воистину - две силы существуют в небесах и таким образом стал отступником..... Но Рабби Акива - вошел с миром и вышел с миром.

Хекхалот Зутарти - Малая Книга Небесных Дворцов, в сокращённой форме эта традиция также отражена в Вавилонском Талмуде (Хагига 14б)

Может быть эта великая история - это не только символ четырех стадий интерпретации, но также и символ четырёх стадий развития самого интерпретатора. Небесный Сад, поэтому, предстаёт как глубочайшая метафора богословской науки и тех кто в ней обитает.

С первой стадией не так уж всё сложно. Учи языки, читай тексты, собирай электронные издания книг, в тайне надеясь что количество когда-нибудь перейдёт в качество – но если ты только лингвист, ты как Бен Азай – умер, заоодно ещё и умертвив текст своим банальным вИдением. И 99 процентов учёных заканчивают(ся) на этой стадии. Позитивистская научная модель научилась размножать Бен Азаев в огромных количествах. Их так много что уже не хватает железных прутьев для их ритуального забивания у входа в Седьмой Небесный Дворец.

Но если тебе дано проскользнуть по мраморному полу к состоянию Бен Зомы здесь тебя тоже подстерегают опасности. Бен Зома – это персонаж глаза которого приоткрыты и он видит «детали». Как сказал недавно один коллега – за что нас ценят в научном сообществе – за «детали». Можно сказать что в образе Бен Зомы – мы встречаем первый образ настоящего интерпретатора. Детали так просто, изучая только словари, не увидишь – здесь надо немного «съехать». И если на уровне Бен Азая все умирают одинаково – то на уровне Бен Зомы все «съезжают» по разному.  Некоторые прямо таки хрестоматийно. Как когда-то мне сказал Алан Сегал об Дэвиде Халперине, об ученом который так много посвятил исследованию Меркавы и истории четырёх вошедших в Пардес – «парень совсем съехал - стал как Бен Зома».     

Но самое сложное для понимания, во всяком случае для меня, это третья стадия – стадия Ахера – того великого визионера который согласно Вавилонскому Талмуду «обрезал корни». Для Бен Азаев и Бен Зом – он - еретик который разрушает Традицию - но в логике истории о четырёх вошедших в Сад - он представляет из себя неоходимое звено которое связывает их уровни с уровнем рабби Акивы. Здесь мы в первый раз встречаем замечательно неординарного интерпретатора осмелившегося превозмочь и деконструировать свою Традицию....

.... В связи с Ахером однако возникает вопрос на который мне трудно ответить – существуют ли в современной науке индивидуумы сопоставимые с этим идеальным типом? Кто способен сейчас «резать корни» в институционвальной науке? Могут ли личности типа Мортона Смита претендовать на эту роль? И есть ли отечественные инварианты этого идеального типа?

О р. Акиве поговорим в другой раз....